О чем говорят ремесла

chechnya orujie 02«...Стучали молотки чеканщиков по медным тазам и подносам, шипело в маленьких горнах пламя горских кузнецов, и брызгали во все стороны искры от подков, выковывавшихся здесь на славу. Рядом кумухцы молчаливо и сосредоточенно расшивали золотыми шнурками и шелками седла, кожи для туфель; целыми сотнями приготовлялись чевяки. Своеобразные ювелиры наводили чернь на серебро. Зеваки стояли сплошной толпой перед оружейниками, набивавшими золотые узоры на узкие дула ружей, на сталь шашек и кинжалов. Сердолик, бирюза, рубины — вделывались на рукоятки. Около небольших лавчонок с канаусом, дараей и верблюжьим сукном безмолвными призраками мелькали лезгинки...» — такую зарисовку оставил о горских мастерах русский писатель, путешественник и журналист В.И. Немирович-Данченко.

К сожалению, сегодня любопытный путешественник не везде увидит подобную картину в регионах Северного Кавказа. На сегодняшних рынках и торговых площадях не услышишь стук молоточков, скрежет металла, не вдохнешь запах кожи, из которой мастер шьет туфли – женскую мечту. Зато у нас есть все шансы не услышать собственный голос за гулом моторов или отравиться выхлопными газами. Что поделать: времена меняются.

Последний раз мастеров я видела за пределами России – в Армении. Признаться, зрелище волнующее. Тут же представляешь себе, что испытывал Немирович-Данченко, когда описывал увиденное: сосредоточенное молчание мастера, отрешенность художника от окружающей суеты, звук скользящего инструмента по металлу, запах деревянной стружки, унесенный через мгновение ветром.

А ведь действительно, ремесла, которые зародились некогда в силу своей необходимости, со временем превратились в настоящие искусства. Когда потребности в посуде, оружии, одежде были удовлетворены, мастера стали доводить свои навыки до совершенства. Так, к примеру, гончарное ремесло стало гончарным искусством.

К сожалению, во многих северокавказских регионах некоторые ремесла умирают. Причин для этого много: замена человеческого труда машинным, из чего вытекает отсутствие мастеров и прекращение передачи знаний от поколения поколению; изменение ритма жизни, смена ценностей, потребностей человека. У нас остается все меньше времени на созерцание, творчество, «творение».

Однако эти же процессы обращают нас в прошлое, вызывая сожаление об утраченном, восхищение мастерством горских умельцев и легкую зависть.

Что до чеченцев, то ремесла у них были развиты не хуже, чем у других народов Северного Кавказа. Они знали гончарное и кузнечное ремесло, владели секретами ювелирного и ткацкого искусства, занимались земледелием, скотоводством.

Чеченским буркам пули не страшны. Считается, что чеченские бурки были популярны на территории всего Северного Кавказа и пользовались большим спросом. «Бурка всецело была приспособлена для наездничества, являясь непременным походным снаряжением горца. Не прилегая плотно к телу, сдвинутая на левое плечо, бурка давала возможность скрыть оружие и свободно стрелять», - пишет И. Ведзижев в исследовании народных промыслов народов Северного Кавказа.

chechnya etno vystavka 02Д. Семенов писал: «Многие изделия горцев отличаются изяществом вкуса. Превосходная работа галунов, выделка сафьяна и кожи, конская сбруя и разные украшения на оружии, все совершенство этих изделий – не плоды образования и развития, но единственно следствие натуры горца. Все это делается со вкусом и старанием не из расчета, не на продажу, но для удовлетворения собственного чувства. Стоит сравнить работу горца с работой наших крестьян, или даже наших городских мастеровых, чтобы убедиться в дарованиях горцев».

Вышивка – вид рукоделия, возведенный в ранг искусства. Чеченские мастерицы создавали настоящие шедевры на деталях одежды. В основном вышивали золотой или серебряной канителью с жемчугом или бисером.

Кстати, село Шатой было крупным ремесленным центром Чечни, известным мастерами по обработке кожи, металла, дерева, камня, а также по изготовлению одежды и обуви. Сюда приезжали за товарами жители из соседних сел. Главной отличительной чертой изделий чеченцев являлось то, что все творческие силы народа направлялись на создание действительно полезных изделий. Главным принципом производства была добротность, качество вещи и вместе с тем легкость и удобство в использовании. Возможно, мы не найдем в чеченских изделиях богатства узоров и утонченности, но встретимся с простотой и строгостью.

Секреты мастерства, разумеется, передавались из поколения в поколение, как говорят источники, путем показа, рассказа, упражнения. Ребенок 5-6 лет учился подавать инструменты во время выполнения родителями их ремесла. А с 7-8 лет он уже включался в процесс овладения ремеслом.

Особое место в декоративно-прикладном искусстве занимает ковроткачество. Ковроделие стало целым разделом в изучении культуры северокавказских народов. Ни одного дома на Кавказе нельзя представить без ковра. У каждого кавказского народа свои орнаменты — они неповторимы и не меняются столетиями.

Ковры, как правило, изготавливались для покрытия пола, кроватей и стен. Кроме того, они использовались для обивки средств передвижения и как коврики для молитв.

Развивалось в Чечне и ювелирное дело. В основном это были традиционные украшения мужского и женского костюмов. При этом для женских украшений характерно сочетание серебра с позолотой. Мужские изделия – только серебряные. Чеченские мастера работали практически только с серебром, изготавливая широкий ассортимент товаров.

Интерес чеченцев к черневому декору серебра существенно активизировало творческие поиски и достижения как местных, так и дагестанских мастеров черни в этой оригинальной технике ювелирного искусства народов Кавказа, которая стала значительным вкладом в сокровищницу ювелирного дела.

Посуда у чеченцев почти до конца 19 века была деревянная, гончарная и медная. Гончарные изделия чаще всего покрывались глазурью с геометрическим или растительным орнаментом. Чеченская посуда делалась обычно очень вместительной. А форму диктовало содержимое. Так, в кувшине с узким горлышком хранили топленое масло. Кувшин с широким горлышком предназначался для хранения и заквашивания молока. Кувшин для воды имел очень узкое горло, куда едва мог бы пройти детский кулачок, большую ручку и широкое круглое дно – чтобы удобно было носить его на плече издалека – от реки или со дна ущелья. Делали особой формы глиняные сосуды и для запасов зерна.

И, безусловно, оружейное дело. Оружие на всем Северном Кавказе было и остается символом достоинства, чести и силы. Наиболее распространенными среди горских народов были кинжалы, шашки, сабли. Причем у каждого — свои неповторимые характеристики формы клинка, рукояти, а также орнамента и украшения.

В Национальном музее ЧР хранятся уникальные экспонаты: кинжал и шашка известного чеченского мастера-клиночника конца XIX — начала XX века из села Толстой-Юрт (Девкар-Эвла) Чиллы Муртазалиева. Изделия Чиллы (имя идет от названия чеченской зимы — «чилла») отличались не только качеством, но и оформлением, поэтому пользовались спросом далеко за пределами региона. Клинки мастер украшал чеченским орнаментом, а головки рукояток делал в форме головы льва или волка — символа храбрости у чеченцев.

«Нет более надежного помощника, чем клинок», – гласит народная мудрость. Кинжал использовался не только в бою, но и в труде, охоте, танцах.

Об огнестрельном оружии Чечни И. Асхабов, в частности, пишет: «…В Чечне в XIX веке широко были известны ружья, изготовлявшиеся мастером-оружейником по имени Дуска (1815-1895) из аула Дарго. Качество его ружей, их дальнобойность высоко ценились среди горцев и казаков. По свидетельству старожилов, мастер Дуска был одним из лучших изготовителей нарезного оружия не только в Чечне, но и на Северном Кавказе…».

Сегодня в Чеченской Республике мастеров осталось очень мало. Помимо процессов, происходивших в экономике, промышленности и культуре, отпечаток наложили и трагические события, происходившие в конце прошлого столетия на территории региона. Деятельность мастерских была буквально уничтожена, знания утрачены или забыты.

Сложно сказать, в каком состоянии находилось бы прикладное искусство у чеченцев сегодня, и каких высот оно могло бы достигнуть, если

бы здесь не случились войны. Скорее всего, остались бы небольшие очаги того или иного ремесла, как это произошло, например, в Дагестане. Не будем думать и гадать. Не имея возможности творить так, как творили в древности, мы имеем возможность помнить и ценить.

 

Виктория Хан